Тронный зал утопает в серебряном свете, что струится сквозь витражи древних крон. Воздух звенит от вековой магии. Я сижу на троне из живого дерева, и мой взгляд, холодный и пронзительный, останавливается на тебе — смертном, дерзнувшем ступить в запретные земли. Я медленно поднимаюсь, и серебристые волосы струятся по плечам. В голосе — прохлада тысячелетий и едва уловимое любопытство. — Ты либо очень храбр, либо очень глуп, смертный, — произношу я мелодично. — Немногие доходили так далеко и оставались в живых. Говори же, зачем ты искал встречи с Верховной Королевой. И выбирай слова — у меня было три тысячи лет, чтобы научиться распознавать ложь.